КАРЛ
ПАВЛОВИЧ БРЮЛЛОВ
Великий Карл — так еще при жизни называли современники замечательного русского
художника Карла Павловича Брюллова. Написанное им в Италии огромное полотно
“Последний день Помпеи” (1830 — 1833) завоевало всеевропейское признание. Его
имя становилось рядом с именами Рубенса, Рембранта, Ван Дейка.
Родился Карл 12 декабря 1799 году в Петербурге. Профессия художника была в семье
традиционной: прадед, дед, отец — все принадлежали к художническому цеху. Братья
Карла, старшие и младшие, тоже учились в петербургской Академии художеств.
Отдаленные его предки были французы, но отец — немец с французской фамилией
Brulleau, был скульптором-резчиком и живописцем миниатюр. Сын уже с малых лет
выказывал особенные способности к рисованию и получил первые уроки в этом
искусстве от отца.
В
октябре 1809 года десятилетний Карл без экзаменов, как сын академика, был принят
в число учеников Академии художеств. В протоколах Академии с 1812 по 1821 год
многократно отмечаются успехи Брюллова. Его педагогами и наставниками были А.
Иванов (старший), А. Егоров и В. Шебуев. В 1819 году, выполняя конкурсное
задание, Брюллов написал “Нарцисса” — первую работу, с которой началась его
известность. В 1819 году эта картина Брюллова породила многочисленные толки,
отклики и ажиотаж на выставке. Юный художник получил за нее золотую медаль
Академии. В 1821 году молодой Брюллов получил также золотую медаль за картину:
“Явление Аврааму трех ангелов у дуба Мамврийского” и вместе с тем право на
учение за границей за казенный счет, но Брюллов отправился за границу на деньги
Общества поощрения художников, так как рассорился с президентом Академии
Олениным.
В
то время русские художники проводили значительную часть своей жизни за границей,
обыкновенно в Риме, где и писали свои лучшие картины. В 1822 году Брюллов с
братом побывали в Дрездене, Мюнхене, затем отправились в Италию. Художники Бруни
и Басин уже три года работали в Риме, когда прибыл туда Брюллов. Басин,
например, всего прожил за границей 11 лет, Брюллов — 13, а Бруни — больше 13.
Целые дни Карл проводил в музеях у картин великих мастеров. Особенно восхищал
его Рафаэль. В 1824 году Карл решился копировать его “Афинскую школу” —
грандиозное полотно, в котором более сорока героев. Он занимался этим сюжетом
четыре года (с 1824 по 1828). Его успех поразил всех. Для самого Брюллова эта
работа стала последним этапом ученичества.
Первой в подлинном смысле самостоятельной работой Брюллова стала небольшая
картина “Итальянское утро” (1823). Общество поощрения подарило “Утро”
императрице Александре Федоровне. Императору Николаю I она тоже понравилась, и
он пожелал иметь в пару к ней еще одну картину в том же роде. Так появилась одна
из самых известных картин Брюллова “Полдень” (1827).
Отношения Брюллова с его покровителями становились год от года все напряженней.
Но Брюллов к этому времени уже не нуждался в поддержке — он хорошо зарабатывал
писанием портретов. В 1829 году он отказался от положенного ему пенсиона.
Главным произведением Брюллова стала картина “Последний день Помпеи”. Его
подсказала все та же Италия. Еще в 1827 году он осмотрел знаменитые Помпеи. Вид
этого города, уничтоженного в один день страшным извержением вулкана, ошеломил
его. Брюллов сделал несколько эскизов. События разворачиваются близ усыпальницы
Скавра и сына жрицы Цереры. Черный мрак навис над землей, будто наступил конец
света. Кроваво-красное зарево окрашивает небосвод у горизонта. Тьму разрывают
острые и длинные молнии. Вдруг в момент бегства над толпой раздается
оглушительный удар грома. Люди останавливаются и, пораженные ужасом, смотрят на
небо. Перед лицом смерти, обнажается суть человеческой души. Этот краткий миг и
был увековечен в картине Брюллова. Некоторые фигуры он изобразит потом в тех
позах, в каких были найдены в застывшей лаве скелеты жертв разгневанного
Везувия.
В
1830 году художник начал работу на большом холсте. Он работал неистово, до
изнеможения. К середине 1833 года работа была закончена. Многофигурное
трагическое полотно становится в ряд характерных для романтизма (в том числе для
творчества Т. Жерико, У. Тёрнера, Дж. Мартина) “картин-катастроф”. Современники,
увидевшие “Последний день Помпеи” были ошеломлены ее смелым новаторством.
Желание Брюллова перенести внимание с переднего плана в глубь полотна,
стремление выразить событие через психологию людей, через многогранные оттенки
чувства, попытки выдержать естественное освещение — все это принадлежало уже
романтической школе. Творение Брюллова заставляло зрителя сопереживать
происходящему. Брюллов стал кумиром Италии. Слава Брюллова, опережая его картину
и его самого, ворвалась в Россию. Выставленная в 1834 году в Петербурге картина
произвела неслыханный фурор.
Когда в 1836 году Брюллов возвратился в Петербург, совершив из Италии
путешествие через Грецию, Турцию и Азию на юг России и оттуда в Москву, то он
был встречен как национальный герой. Ему был оказан торжественный прием с
парадным обедом в той самой зале, где была выставлена его знаменитая картина.
Впоследствии, когда наступила пора реализма в живописи, критика постарается
унизить произведение Брюллова, не находя в нем ни исторических, ни даже
характерных черт человеческих страстей, которые бы соответствовали событию; но
пора этой второй крайности тоже миновала. “Последний день Помпеи”, как и “Медный
змий” Бруни, составили эпоху в русской живописи. Эта картина долгое время была
настолько популярна, что один петербургский художник писал копии с “Последнего
дня Помпеи” в уменьшенном виде и тем добывал себе средства к существованию на
протяжении нескольких лет.
Поселившись в Петербурге, Брюллов взялся по просьбе Николая I за большую картину
“Осада Пскова”, в которой хотел изобразить события 1581 — 1582 годов. Работа над
картиной продолжалась до 1843 года. Увы, создать произведение на национальную
тему, более значительное, чем “Последний день Помпеи”, Брюллову не удалось.
Лучшее, что он создал в этот последний период своей жизни, были портреты. Даже в
заказных вещах, например, портрет графини Ю. П. Самойловой, удаляющейся с бала с
приемной дочерью А. Паччини, феерическая пышность колорита и мизансцен выглядит
в первую очередь как триумф искусства. Хорошо известны портреты князя А.
Голицына во весь рост, герцога М. Лейхтенбергского. Еще более непринужденны,
психологически-задушевны по краскам и светотени образы людей искусства: поэта Н.
В. Кукольника, 1836; скульптора И. П. Витали, около 1837; баснописца И. А.
Крылова, 1839; писателя и критика А. Н. Струговщикова, 1840.
На тему исторической живописи Брюллов, кроме “Последнего дня Помпеи”, написал
еще “Смерть Инессы де Кастро”. Он сделал также эскиз картины: “Нашествие
Гензериха на Рим”. Большая часть фигур его исторических картин изображены им в
сильном движении, и художнику с помощью верно выбранной техники исполнения
удалось передать эту стремительность и решительность. Брюллов был сильным
колористом и превосходным рисовальщиком, благодаря своим учителям, профессорам
Академии, и требовательности отца, заставлявшего его многократно изображать
античные статуи. В картинах неисторического содержания отчасти продолжается та
же особенность, как, например, в Эндимионе и Диане, также в бытовых итальянских,
но в других картинах царствуют покой и нега. Брюллов писал не только масляными
красками, но был и отличным акварелистом. Сюжеты акварели были жанровые, но не
чужды были Брюллову и эротические сюжеты.
Самые крупные произведения последних лет связаны с росписью петербургских
соборов: Исаакиевского и Казанского. Работая в 1847 году под куполом Исаакия,
Брюллов подхватил простуду, давшую тяжелое осложнение на сердце. Встав на ноги в
апреле 1848, Брюллов взглянул в зеркало и с трудом узнал свое лицо. Он взял
мольберт и за два часа сделал свой автопортрет. Так появилось одно из самых
ярких и сильных его полотен.
Болезнь заставила Брюллова в 1849 году отправиться для лечения на остров Мадеру,
где он был одновременно с герцогом М. Лейхтенбергским. Пребывание на этом
острове восстановило его силы, но с приездом в Италию он опять почувствовал себя
плохо и 12 июня 1852 умер в местечке Марчиано, близ Рима. Он похоронен на
кладбище Монте-Тестаччио в Риме.
При жизни Брюллов имел обширные знакомства, особенно среди служителей искусства,
но особенно близок он был к писателю Н. Кукольнику, композитору М. Глинке и
актеру В. Самойлову. В числе учеников Брюллова некоторые получили впоследствии
бóльшую или меньшую известность. Федотов — жанрист-сатирик, ничем не похожий на
своего учителя; Петровский, умерший почти в начале своего художественного
поприща; Моллер — автор картин “Поцелуй” и “Проповедь Иоанна на острове Патмосе”;
Михайлов (“Девушка ставит свечу перед образом”); Капков (“Вдовушка” и “Татьяна,
читающая свое письмо к Онегину”), известный выразительностью своих головок, и
Шевченко. Но Брюллов, несмотря на силу своего таланта, не создал своей школы.
